Мини-AAR. Tamari Bagrationi.



Тамари Багратиони родилась в Тбилиси и была старшей дочерью царя Георгия III. Она начала править совместно с отцом еще в 1178 году, она была венчана на царство и назначена соправителем заранее, чтобы исключить все возможные споры по поводу будущего престола.

Ее отец запомнился главным образом, как охотник на воров и разбойников: изданный им совместно с дочерью закон о введении смертной казни за воровство и разбой возымел хороший эффект. В 1184 году царь скончался, оставив страну 18-летней Тамари.



Тамари первым делом избавилась от неблагочестивых иереев и изгнала из совета недобросовестных правителей. После этого самым важным вопросом, конечно, стала женитьба. Выбор пал на Аланского царевича Владислава, родственника Тамари по матери (исторический муж Тамари – Давит-Сослан Багратион, царь Алании, по какой-то причине уже имеет жену. Вероятно, надо было перед началом партии отключить генерацию семей для исторических правителей — прим. автора). Владислав сразу понравился царице за свою разумность и последовательность, и она решила сделать его своим главным соправителем, назначив на должность канцлера.




А тем временем, Аланский царь Давит-Сослан объявил войну Дербентскому шаху. Тамаре нужно было опередить дальнего родственника. Поэтому она отложила пир в честь своего вступления на престол и тоже выдвинулась в Дербент.





Недалеко от Дурдзукии состоялась битва, в которой Тамари одержала решительную победу. Под занавес сражения прибыл и Давит-Сослан, но у него не получилось присвоить лавры победы себе благодаря вовремя разосланным Тамари птицам с вестью. По итогу Тамари смогла убедить Сослана, что земли Дербента — ее по праву, и аланцы безвозмездно помогли Тамари. Уже через год, в 1185 году, она присоединила Дербент. Но праздновать было рано: князь Армении турок Нассируддин, вассал Конийского султана, объявил, что мусульман в Дербенте притесняют, и вторгся в Грузию. В своем письме Тамари он написал: "Бессмысленная паучиха Тамари, ты — дитя паршивой псины, я объявляю тебе войну!". Такого оскорбления Тамари стерпеть не могла.




Давит-Сослан и в этой войне был готов помочь Тамари. Она не спешила: ее войска устали, да и Нассируддин не спешил переходить к активной стадии сражения, осадив Суеник, неприступную крепость. А тем временем, с Запада, из Ромейской империи дошли тревожные известия: латиняне собрались в поход за Грецию. В это же время Тамари понесла первого ребенка от Владислава. А еще через несколько дней пришла другая ужасная весть: католики были выбиты из Иерусалима Султаном Сирии Салах-ад-Дином. Воистину тревожные времена для христианства. С тревогой следила за событиями в мире Тамари, наблюдая со стены замка за тренировками своего войска, разбившего лагерь под Тбилиси.




Своего первенца Тамари назвала в честь отца – Георгием. Он был крещен митрополитом Семендера (которого учредила сама Тамари после завоевания Дербента для скорейшего обращения местных жителей в христианство). Тамари молилась Святой Деве Марии подолгу, просила, чтобы ее ребенок родился здоровым и сильным – и Дева Мария услышала ее. Тамари решает и впредь быть смиренной.



В 1187 году Тамари переходит в наступление. В Битве при Миджнаберде Тамари уничтожает войско соперника, снимая осаду с Суеника, и компания снова переходит в затяжную стадию: Тамари осаждала армянскую крепость Лори полтора года, и наконец она сдалась. Войско Нассируддина было разбито, а его главная крепость взята. Тамари послала птицу с условиями перемирия, не желая лишнего кровопролития. А в Греции тем временем католики успешно посадили на трон представителя чешской династии Пржемысловичей. Тамари же рожает своего второго сына – Охропира, то есть Златоуста. Имя выбирал Владислав. Не дожидаясь капитуляции Нассируддина, Тамари тут же ввязалась в войну против Ширваншаха из династии Кесранидов. Причиной послужила казнь 23 христиан в небольшой деревне Чилпаглы. Нассирудин же сдался вскоре, уже 5 июля, и так судорожно молил о пощаде, что Тамари сжалилась над ним и в наказание взяла лишь небольшую компенсацию золотом, которое выплатила солдатам и наемникам, а также семьям погибших.

(без названия)
(без названия)

В 1190 году Тамари взяла и Ширван. Она чувствовала, что Конийский султанат и государство Айюбидов, недавно выбившее крестоносцев из Иерусалима, а также набирающий силу в Ираке Аббасидский Халиф уже обращают взоры в ее сторону. Она искала союза с византийскими базилевсами, но, погрязшие в постоянных восстаниях и гражданских войнах, они представляли собой ненадежных товарищей. Тогда она решилась обратиться к новообразованному Греческому государству католиков, и обручила дочь Короля со своим первенцем Георгием, надеясь, что латиняне не покинут ее в решающий момент.




На следующий год Тамара решилась на кардинальную чистку. Она давно была недовольна жадным, ленивым, высокомерным и похотливым князем Абхазии, и с помощью Патриарха, отлучила его от церкви и отняла все его земли. Тамара наводила порядок на своих землях еще какое-то время.

Но в 1193 году все изменилось. Тамара впервые решилась на решительное противостояние с Конийским султанатом. Пользуясь тем, что Базилевс из династии Ласкарисов объявил, в свою очередь, султанату войну за Фракезию, Тамара вновь осадила Лори.




У Визатийского императора все шло не так хорошо, потому что недавно коронованный Падишахом Арабской Империи Саладин вступил в войну на стороне Сельджука. В сторону Грузии его взоры пока не обращались... 1194 год примечателен тем, что грузинские подданные нашли Гвоздь из Креста Господня, и передали его Тамари (по крайней мере, так говорят официальные источники), а также подавленным восстанием суннитов Ширвана.



Также ее братья из общества Святого Василия передали ей мощи неизвестного святого, обладающие целительной силой. К 1196 году Тамари уже взяла Карс и Ван, направила Султану предложение о перемирии, но надеждам на бескровную победу не суждено было сбыться. Султан собрал войско, в 3 раза превосходящее по численности грузинское, быстро вернул под свой контроль все захваченные Тамари провинции. Поэтому ей пришлось прибегнуть к помощи наемников из православной Руси. Килич Арслан тем временем вторгся в Двин, но крепость надолго его задержала: к 1197 году Тамари вернула под свой контроль и Лори, и Карс, и Ван.



Потеряв много войск при осаде Двина, Килич Арслан отправился возвращать под свой контроль захваченные крепости, но, получив информацию о подкреплении в виде русских наемников, избежал боя, которого также не хотела и Тамари, и согласился уступить исконно армянские земли царице.

Теперь осталась только одна православная земля, на которую Грузия еще могла претендовать – Алания. Пользуясь тем, что ее муж был потомком древних аланских царей, Тамари предложила Давиту-Сослану или добровольно признать ее сюзеренитет, или же признать Владислава царем. Но Сослан не согласился ни на что. Тамари пришлось вновь собирать армию, согласились остаться еще на небольшую кампанию и наемники из Руси. Война была быстрой: в течение года армия Тамари дважды разбила слабо организованную армию аланцев, оккупировала столицу и многие другие области.

"Грузия переживает свой расцвет" – о Тамари уже ходили легенды, и вполне заслуженные: за 15 лет правления она расширила территорию Грузии как минимум в 2 раза.

Ангел Анатолии.

ck2_373.png

Итак, сей деятельный император сразу же принялся досаждать размеренному темпу жизни Тимофея. Во-первых, он требовал постоянного участия ополчения Кивирреота в отражении сразу двух Джихадов — от Фатимидского и Аббасидского халифатов. Надо, к чести Комнина, сказать, что он действительно неплохо справлялся с сарацинами. И тем не менее... Во-вторых, Тимофей был вынужден платить больше налогов. Алексей сумел убедить большую часть аристократии в необходимости этого шага. Алексей совершал постоянные визиты в те или иные фемы с проверками эффективности управления, и вообще, вел себя так, словно он тут хозяин! Тимофей, конечно, понимал, что оно так и было: Комнин умудрился отстранить Совет вообще от какой-либо власти. И это, конечно, побудило его создать фракцию, лоббирующую власть Совета. Не то чтобы Тимофей, наконец, решил податься в большую политику... Нельзя даже сказать, что Тимофей вообще принимал какое-либо участие в развитии нового движения, основанного скорее в порыве недовольства новым императором, чем в соответствии с каким-либо планом.



А тем временем, знаменитый род Капетингов пришел в упадок. Последняя из Капетингов — королева Англии Эмма — была в обычном, салическом браке. Королями Франции стала теперь Бургундская династия, одна из боковых ветвей Капетингов.



А фракция Тимофея за два года приняла размах, которого он уж точно не ожидал. Поначалу испугавшись такой ответственности, Тимофей тем не менее во время понял возможную выгоду от положения лидера фракции: к нему тут же начали стекаться ресурсы поддержавшей его аристократии.



10 марта 1087 года Тимофей женится на стратегиссе Александре Ахейской, принимая богатые дары от своих подданных. Один из священников предоставил в качестве подарка на свадьбу Святые Мощи Святого Иоанна, а именно костяшку его пальца! Это приобретение, безусловно, поднимает престиж Тимофея в глазах всех Православных Людей!



Алексей Комнин, тем временем, отбрасывает Фатимидов за пределы империи и долго гонит их, до самой Антиохии. Вести об этом быстро долетают до столицы, и оттуда разносятся по всей Империи. Комнин решил отпраздновать победу Триумфом на ипподроме Константинополя, и Тимофею придется отправиться туда и посмотреть.

"Люди на трибунах ликуют при виде победоносной армии, за которой тянутся телеги с военной добычей и клетки с пленниками, с тысячами пленных сарацин!"



Во время одного из визитов к своей жене в Коринф Тимофей с помощью шпионов разоблачает интрижку Александры и местного фемарха Михаила. Ублюдок конечно поплатится... Но Тимофей не стал разоблачать их и провоцировать скандал — своя репутация дороже! Да и в конце концов, он никогда не любил свою жену, все что ему от нее нужно — это продолжение рода, и конечно же ее земли.



После победы над Аббасидами Алексей I настолько осмелел в своем абсолютизме, что запретил вассалам воевать между собой. Естественно это спровоцировало волну недовольства, и больше половины помещиков Империи согласились встать на сторону Тимофея и выдвинуть ультиматум. И вот, что написал Тимофей Императору:
"О, деятельнейший базилеос Алексеос! Прими мои поздравления с победою в войнах против сарацин-иноверцев! Заметить вынужден, что обязан ты сей победою верным подданным своим, и считаться с мнением их ты должен, и запрещать подданным силою отстаивать интересы свои ты не в праве! Требуем от тебя: senato delegare auctoritate, subditis — libertate! Аристотель говорил: излишество в удовольствиях — это распущенность, и она заслуживает осуждения. Прими условия и да не будешь ты осужден."



И получил Тимофей такой ответ:
"Ваши постыдные попытки шантажа провалились. Неважно, как много продажных душ стало на вашу сторону, я не сдамся без борьбы! Я лучше умру, защищая то, что мое по праву! Базилеос Алексиос I Комненос, Римской Империи."



И война началась. Сразу же Тимофею пришла весть от Патриарха Вселенского Иоанна VIII, что он был отлучен от церкви Православной. Но это не повлияло на решимость Тимофея.

На самом деле, необходимо упомянуть, что победы он едва ли собирался добиваться. Дело все в том, что, как лидер восставших, Тимофей получал под свой контроль все ресурсы поддержавших его помещиков. Он получал от них золото и пускал его без зазрения совести на пиршества, на постройку новых замков, улучшение уже существующих стен. Так, в Ликии был сооружен еще один замок именно на деньги бунтовщиков... И тем не менее, дабы имитировать какую-то деятельность — а это все, что было нужно Тимофею, ибо войск у него было в два раза больше, чем у Базилевса, и он был уверен в победе — Тимофей повел лично свои войска в атаку и осадил болгарскую Софию, или, по-гречески, Сердику, оставшуюся верной Алексею. По его плану, неспешно он дойдет до Константинополя и там, под его неприступными стенами, договорится с Комниным о перемирии в обмен на, скажем, новый титул...

Его планам не суждено было сбыться. Во время очередного сражения против мелкой группы войск Алексея, Тимофей как обычно нежился в своем огромном раскошном шатре с двумя служанками, ел убитого вчера его охотниками кабана, а также отборный родосский виноград, а также яблоки, груши, персики и финики с местных плантаций, и ожидал вестей от своих военачальников об успешном разгроме вражеского войска. Как вдруг в шатер ворвались несколько всадников, растоптавших Тимофея прямо на кровати вместе со служанками. Судьбу всадников предсказать нетрудно, однако это не поменяло того факта, что лидер восстания погиб. Патриарх отказался снять отлучение даже посмертно, и Тимофей был погребен, словно собака, навечно проклятый, осужденный изгой.

И тем не менее, восставшие решили не заканчивать начатое. Да, они не могли доверить общее дело недавно родившейся малолетней дочери Тимофея Валерии, но у Тимофея, в конце концов, был брат Андроникос!



Обделенный как вниманием, так и надеждой на хоть какое-либо будущее, он смиренно выполнял все, что ему говорил брат, не блистал и не желал какой-либо славы. Но власть обрушилась на него, и время покажет, как он ею распорядится.

Ангел Анатолии.

История возвышения рода Ангелов начинается на Хиосе, небольшом острове рядом с Ионией. Остров этот был фактически морской крепостью, охраняющей Смирну — один из самых крупных портов Анатолии.

Несколько веков назад, когда Восточная Римская империя подчинила Армению, род Ангелов хорошо влился в слои имперской аристократии. И вот теперь одному из рода, Мануилу, доверили укрепленные позиции на подступах к Смирне — Ликию и Хиос, а также право собирать с них налоги.



Не то чтобы Мануил был плохим правителем. Его, безусловно, волновало благосостояние выделенных земель. Но в условиях удаленности от единственной угрозы — Сельджуков — Мануил решил заниматься тем, что было ему интересно.

Уже к 31 году он стал Магусом в ордене Герметистов, закончил Магнум Опус по теме Астрология Звезд, а также завершил 4-хтомный труд по лингвистике "Греческий язык". Его огромная научная лаборатория с обсерваторией на острове Хиос была достаточно известна в округе, чтобы Мануил получил прозвище "Ученый" (Scholar).



Мануил закончил жизненный путь в 33 года, подобно Иисусу, сыну Господню. Незадолго до смерти Константин IV Дука даровал Мануилу титул Стратига Кивирреотов, однако после смерти этот ненаследственный титул вернулся к Императору. Мануил оставил двоих сыновей: Тимофея и Андроника. Тимофею, старшему сыну, он посвятил достаточно много времени, пытаясь наставить его на путь науки и учения. Андроник же был предоставлен сам себе, и предпочитал проводить время, сопровождая военачальников во время тренировок ополчения.



Именно старший сын унаследовал все прежние владения отца. Хотя Тимофей и вступил в сообщество Герметистов также, как и отец, он был ленивым и гордым: жизнь простого ученого не прельщала Тимофея, но и добиться высот в политике он не умел. Единственное, чего он ждал — свадьбы со стратегиссой Ахеи, которая могла существенно поднять уровень его благосостояния.

Тимофея вскоре, несмотря на всего его недостатки, также, как и отца, назначили Стратигом Кивирреотов, и он понял, что может просто наслаждаться жизнью. Но, как оказалось, ненадолго. Дело в том, что после смерти Константина от рук заговорщиков, императором Византии провозгласил себя некий Алексей I Комнин.